Индеец-христианин: почему он выбрал православие

19 марта 2015

Продолжение, См. предыдущую часть…

“Почему я выбрал православную веру?

Мой народ прост, как и его пища. Вождь нашего племени – мужчина, однако он избирается советом племени, состоящим из женщин-старейшин. Все наши обряды – коллективные, они проводятся в “длинном доме”. Он имеет две двери. В восточную входят мужчины, а в западную – женщины. Дом устроен очень просто, как и большинство наших обрядов.

Неотъемлемой частью брачного обряда является благословение старших. Во время похорон как мужчин, так и женщин, когда умершего приносят в длинный дом, каждый по-прежнему входит в свою дверь, но голова покойного обязательно смотрит на восток. Через девять дней проводятся поминки, но пища обязательно должна быть несоленой…”.

giatior80d2

Источник: imgarcade.com

Тут он вскочил, потому что пластинку, которая играла в эфире, заело. Он поставил другую, сделал объявление и вернулся к нам.

– О чем мы говорили? А, об обрядах. Пока не стемнело, я покажу вам длинный дом. А сейчас давайте поговорим о праздниках. Весь год – это сплошной праздник (он весело рассмеялся). У нас есть праздник середины зимы, который продолжается четыре дня, праздник снега, первого цветка, первого плода – ежевики, праздник богатого урожая (благодарения), гумна (4 дня), праздник излишков урожая, дождя и засеянной полосы. Потом цикл начинается снова. Это похоже на церковный календарь нашей священной земли.

Он снова глубоко вздохнул и продолжил:

– Мы мало говорим, мало едим, мало злимся, любим то, что нам дано и постоянно благодарим за каждый плод….

– Может у тебя есть табак? – спросил он меня.

– Нет, – ответил я.

– Мы, знаешь ли, жуем табак, то есть едим его, а не курим. Когда ты куришь его, он превращается в воздух, а когда жуешь, становишься с ним одним целым и благословляешь землю, давшую его тебе. О чем еще ты спрашивал? Ах, да! О моей миссии…

Что вам сказать… Мой народ устал от миссионеров. Они годами приходят сюда, но больше берут, чем отдают. Они не потрудились посмотреть, что имеем мы. Принесли дорожный каток, уничтожили все и потом якобы посеяли евангельское семя.

Но тот серб был совсем другим. Он просто дарил нам себя и ничего не забирал у нас, кроме, пожалуй, частицы нашего сердца. Именно это запало мне в душу, когда я впоследствии читал о святом Германе Аляскинском и истории о православных миссионерах, пришедших к эскимосам. Разум мой неизбежно стал сравнивать их.

Я помню одного иезуита, который сказал мне в лицо, что у него приказ – научить меня духовности. Когда он покинул наш дом, моя мать плюнула через левое плечо и сказала: “Мы, сынок, духовный народ, а он… Его Христос, если б пришел, отдал бы его под суд, чтобы научить уму-разуму”.

– Есть ли другие православные среди индейцев? – спросил Григорий.

– В Платтсбурге я познакомился с православным эскимосом. Может, есть и другие, но я о них не знаю. В индейской больнице есть пара сербских врачей по фамилии Москович. Золотые люди, очень любят наш народ и помогают ему.

Продолжение следует…

Перевод с новогреческого: редакция интернет-издания “Пемптусия”. 

Публикации