4 июня исполнилось 20 лет со дня блаженной кончины игуменьи Макрины (Вассопулу), руководившей святой обителью в честь иконы Божьей Матери «Одигитрия» в селении Портарья Волу (1921 – 1995 гг.). Нынешняя публикация посвящена ее блаженной памяти. Данная беседа это одна из проникновеннейших ее бесед.

image002

1 января 1985 г.

Некогда в строгом подвиге жил один авва со своим учеником. Недалеко от того места, где они подвизались, была заброшенная келия. Вот как-то в один день пришел некий другой авва и попросил, чтобы тот разрешил ему жить в этой келии. Говорит он: «Авва, мог бы ты мне дать эту каливу, чтобы и я жил недалеко от вас?» И старец ему ответил: «Почему бы не дать тебе ее? Бог благословит, бери!» Там он и поселился. Новоприбывший авва был глубоким знатоком человеческих душ, и к нему постоянно приходили люди. Другой же авва, видя, что к тому старцу приходит много людей, а к нему никто не приходит, не мог смириться с этим. Через некоторое время он говорит своему ученику: «Пойди и скажи тому авве, чтобы он уходил из каливы, и нашел себе иную для своего жития, так как эта нужна мне». Он же ему ответил:

– Благослови, авва!

Собрался и пошел.

– Как дела, отче? – спросил вновь пришедший молодой послушник.

– Чадо мое, как могут быть у меня дела? Подвизаюсь и тружусь.

– Мой духовник передает тебе низкий поклон и выражает тебе свое почтение.

– Передай ему мои слова благодарности и скажи, что прошу его молитв, поскольку у меня болит живот.

Через некоторое время авва увидел, что тот монах остался в келии, и люди продолжали приходить к нему. Авва снова говорит молодому послушнику, чтобы он пошел к пришедшему монаху и сказал ему, чтобы тот непременно уходил из каливы, где поселился. И ученик пошел снова.

– Что ты хочешь, чадо мое? – спрашивает. – Зачем пришел ко мне?

– Пришел навестить тебя, отче. Мой старец узнал, что ты заболел, и послал меня навестить тебя, передать тебе его приветствие и благословение, он очень тебя уважает, почитает и любит.

– Я ему благодарен, и у меня нет слов, чтобы выразить свою признательность за его великую любовь ко мне. Скажи ему, что мне уже лучше благодаря его молитвам.

Возвращается молодой послушник в келию и говорит своему старцу: «До воскресения он уйдет, если на то воля Божья». Услышав это, встревоженный авва успокоился. Но тем не менее к тому авве продолжало ходить много народу. Пришло воскресенье, а он все не уходит. У старца, которой жил в каливе, закончилось терпение и он сказал: «Сейчас же собираюсь и пойду прогоню его из той келии  посохом». И вот он собрался и пошел.

– Подожди, давай я пойду первым, – поспешил сказать молодой послушник. – Я ему скажу, пусть выйдет к тебе навстречу, чтобы ты не бежал и не утомлялся. Заодно посмотрю, чтобы народу не было, и не случилось никакого скандала там, куда ты идешь.

И вот он пришел первым и говорит: «Отче, сейчас придет мой старец. Он идет с большой любовью, чтобы навестить тебя и пригласить в нашу келию». Тот как услышал, что к нему идет авва, хозяин келии, подумал, что ему утомительно идти и вышел ему навстречу. Когда он вышел и увидел его, упал к нему с земным поклоном: «Брат мой, отче мой, благодетель мой!» – начал говорить ему много слов благодарности. Но как только старец увидел любовь того монаха, смягчился и обнял его, не сказав ему ничего, повел в свою келию. Позже он спросил свое ученика:

– Ты разве ему ничего не сказал из того, что я тебе говорил?

– Нет, – ответил тот.

Тогда он снял свою скуфью и сказал своему ученику:

– Я недостоин быть твоим духовником, возьми ты эту скуфью.

Вот и я говорю, посмотрите, какая была любовь у монахов и послушников! А если бы он говорил ему то, что просил его духовник, то негодовал бы другой и мог выйти из себя и сказать: «Зачем он мне это говорит? У него была не нужная ему калива, и он сам дал мне ее, чтобы я жил в ней. Или, может, это я звал этих людей сюда? Это ведь Господь их зовет». С каким благоговением тогда жили, с какой любовью жили монахи, с каким сочувствием и благочестием! Поступок молодого послушника был поистине велик. Он проявил большую заботу, поскольку беспокоился о том, чтобы не навредить сердцам двух старцев. Он исполнял свое послушание с рассудительностью. Духовник говорил ему: «Сделай то или сделай другое», но он делал так, чтобы обоим подвижникам было хорошо. Он все делал с послушанием, и ходил туда, куда посылал его старец. Он был убежден, что «надо передать то, что хочет Господь». Он имел благодать Божию в себе, которая просветила его в том, что он должен сделать, чтобы помочь старцам. Какие отношения были между людьми, какая красота! Потому будем и мы иметь великое чувство рассудительности и страх Божий в нашей душе.

Клевета – это очень плохое дело! Сейчас мы слышим какой-то разговор и сразу же идем и пересказываем его так, как мы его поняли, но мы при этом не знаем, правильно ли это, хорошо ли это, но все равно мы идем и пересказываем его. Но все же задумайтесь, какое доброе дело сделал этот молодой послушник для двух старцев! Какая великая любовь, какое великое сочувствие! Как он их объединил, как он помог своему духовнику, чтобы его покинул гнев, и оба старца жили в любви и мире!

Будем же и мы слушать внимательно поучительные жития преподобных и мучеников во время трапезы, как и сегодня мы с вами слушаем житие святой Мелании. Какое красивое было житие у святой Мелании! Какую духовную красоту она имела! В те времена девочек отдавали замуж в четырнадцать лет. Когда она ушла в монастырь, ей было пятнадцать лет. Она ушла по обоюдному согласию со своим мужем. Он стал подвижником, а она подвижницей. Несмотря на молодой возраст, она носила власяницу и трудилась так же, как и взрослые монахини. Таким образом, мы можем научиться всяким добрым вещам, если будем следовать примеру жития святых. Вспомните, мы как-то слушали житие одного святого, который говорил: «Тот, кто будет меня почитать, обращаться ко мне по необходимости, тот, кто будет читать житие мое, тот избавится сразу же от искушения и немощи». Почему бы и нам не быть под святым покровом святых, которые нам говорят, чтобы мы избавились от любого беспокойства, от страстей наших, которые нас истязают, от недугов, которые приносят нам страдание? Святые нам помогают, когда мы внимательно читаем их жития, и тотчас благословляют нас. Мы должны внимать всему, что слышим во время трапезы. После трапезы мы пойдем к себе в келейку, немного отдохнем и будем читать, молиться, потянем четки, скажем несколько слов Христу, несколько слов Пресвятой Богородице, без каких-либо пустословий и обсуждений, ничего тебе лишнего. Пусть не проходят наши часы, наши месяцы, наши годы без пользы. Пусть у нас в жизни все будет духовным: будем писать, читать и увидим свет Божий. Какую вы благодать ощутите, когда будет читаться это на трапезе! Вы не сможете противостоять таким переменам, вас наполнит великая благодать!

Когда мы подвизаемся, Господь обязательно что-то дает. Даже если кто-то приложит усилия и хоть недельку побудет в тишине, скажет: «Ради любви Христовой не буду разговаривать, чтобы слова мои никто не услышал, буду молиться по четочкам, приложу немного сил к воздержанию, немного пребуду в бодрствовании, буду делать то, что хочет Господь», и вы увидите действие любви Божьей. Она проникнет в сердце ваше, и вы поймете, что благодать Божья подобна меду.

Я часто вспоминаю, как раньше мы ели соления, ели соленую рыбу, и нас одолевала жажда, и я говорила: «Не буду пить воду, что бы ни случилось, не буду пить». Господь нам посылал благодать, но мы этому не придавали значения. Если мы делаем то, что говорит наш разум и даем плоти то, что она желает, то где тогда то воздержание, о котором мы говорим?

Был некогда один авва, к которому пришел как-то в келию разбойник и сказал ему: «Авва, я уже убил девяносто девять человек, с тобой будет сто». Авва, как только это услышал, говорит: «Ну, пусть будет так, как ты говоришь, чадо мое, во имя Господне пусть будет это благословенно, поскольку пришел мне час покинуть этот мир, обезглавь и меня. Но пойди сначала и принеси мне немного воды, а потом обезглавишь меня». И вот собрался он, взял кувшин у этого аввы, и пошел, чтобы принести ему воды. Сделал это как послушание. Но поскольку он сперва исповедал свои грехи, то есть сказал, что убил девяносто девять человек и его убьет, и он будет сотый, а потом ради послушания он пошел ему за водой, то милость Божия его не оставила. В тот час, когда разбойник пошел, чтобы принести воды, авва упал на колени и начал горячо молиться: «Помоги ему, пусть не делает то, что задумал! Христе мой, помоги ему, пусть он сокрушится в покаянии!» В тот момент, когда наполнился кувшин, произошла перемена в душе разбойника, и он начал плакать. Там в одиночестве он сокрушался, когда плакал, его платок весь промок. В час, когда авва молился, он видел человека, полностью одетого в белые одежды, а над головой у него был золотой венец. Он спросил: «Кто это?», а в ответ услышал голос: «Это разбойник, который хотел тебя убить, но поскольку он сначала исповедался тебе, а потом совершил послушание, то теперь в Царство Небесное пойдет». Авва поднялся и пошел и нашел разбойника умершим. Каково милосердие Божие! «Девяносто девять умертвил, а с тобой сто!» Посмотри, какова любовь Божия, каково долготерпение, каково милосердие, посмотри, посмотри… Но мы сейчас ничего не делаем, не долготерпим, не вооружаемся терпением, не имеем смирения, чтобы сказать: «Пусть будет так, как благоволил Бог за мои грехи. Он видел, насколько я огорчил Господа, и Господь сделал так, чтобы мне сказали такие слова, что со мной так поговорили». Когда у человека есть смирение и послушание, то ты видишь, какое величие в душе этого человека. «Пусть будет так, благослови, так устроил Господь, благодарю Тебя, Боже мой».

Когда нас смирил какой-то человек и мы собрались и пошли в свою келию со смиренными мыслями, разве не посетит ли нас Благодать Божия? Не изменится ли душа наша, которая подобна мраморному камню, когда мы откажемся от своей воли и от своих помышлений? Разве не будет говорить с нами Господь? И когда мы увидим это изменение в нас, то будем молиться и говорить себе: «Я буду стараться, чтобы не упрекать в своей душе никого из людей, никакого человека». Приложим много усилий, чтобы мы могли сказать: «Вот этот человек для меня святой, святой для меня, святой для меня». И таким образом, наша душа избавится от обиды на ближнего. Разве не возможно Господу это каменное сердце разбить на мелкие осколки, или смягчить его, или убрать камни из него, чтобы не было их в моем сердце, поскольку мы сами этого не понимаем? Вот так! Это и есть милосердие Божие, это и есть любовь Божия, это и есть безграничное милосердие Божие, потому что святые говорили: «Господи! Остави ми волны благодати Твоея»[1], потому что не могли они устоять перед милосердием Божьим, перед той благодатью, которую он посылает. Почему же и мы не можем жить так духовно, почему же мы не можем иметь такое величие в нашей душе? Но в душе нашей сидят помыслы и говорят: «Она мне сделала то-то и то-то». Дорогой друг, куда идешь, куда ты прячешься от милосердия Божьего? Господь тебя терпит на этой земле, Он тебя кормит, Он тебя напояет, Он дает тебе здоровье, все Свои благие дары тебе дарует. Почему же ты Его обижаешь? Почему же ты не поговоришь с ближним своим? Почему с нетерпением относишься к ближнему своему? Только так благодать Божия посетит душу человеческую, и потом он почувствует, что в нем пребывает ангел с золотыми крыльями, который несет его в небесный сад Божий, чтобы был он рядом с Госпожой Богородицей, перенесет его с земли на небо к ангельской жизни, к ангельской жизни! Если мы глубоко задумываемся, что мы живем ангельской жизнью, я даже не представляю, какими мы будем и что даровал бы Господь нашему сердцу! То, что мы ощутим душой своей, мы не сможем осознать разумом! Знаешь, что говорит ангел? Он и не смеется, он и не сердится, он не обманывает, он не бранит, он не обсуждает и не осуждает, он не порицает и не гордится.

Очень важный вопрос – это вопрос осуждения и клеветы. В этом мы должны быть внимательными, потому что одно из больших мытарств, которое нам предстоит пройти, – это мытарство осуждения и клеветы. Поэтому, когда есть в душе нашей обида на ближнего, когда такое искушение, то тогда благодать Божия не посетит нас. Благодать Всесвятого Духа не может сойти в нашу душу и пребывать там, чтобы просветить и зажечь нетварный свет в нашем сердце. И самое большое зло, которое мы изгоняем, – это «почему так», «почему случилось так, а ведь должно было случиться так и вовсе не так, как случилось». Так и у игуменьи, когда что-то случается, то и она просит Бога от всего сердца и говорит: «Боже мой, помоги мне, дай мне Твое терпение, дай мне Твою любовь, дай мне ту любовь, в которой я нуждаюсь, чтобы и я любила, как и Ты любишь Сына Твоего». Ведь Бог – это всецелая любовь, любовь которая «все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит»[2]. Любовь делает все! Если этого нет, тогда у нас постоянно такие помыслы, и они не уходят. Мы забываем о Христе, но Христос всегда держит Свои объятия открытыми и говорит: «Иди, чадо мое, иди, дитя мое, иди, дорогой мой, иди, камень мой драгоценный, иди ко мне, иди в объятия мои, иди, утешу тебя, иди ко Мне, и сделаю то, о чем просишь и что желаешь». Вот этого хочет Господь, Он хочет много любви, Он хочет много добра, Он хочет, чтобы мы стали маленьким Христом, и ты увидишь, что произойдет внутри нас, что мы будем чувствовать! Как сказал один человек: «Святые ангелы больше, чем наше дыхание». Задумайтесь, что происходит!

И ныне я желаю вам в Новый Год, хотя Новый Год – это мирское событие, а не церковное, но я молюсь Богородице и Христу нашему, и молитвами старца нашего будем жить подобающе и духовно, со святостью, а то, что произошло, произошло по слабости нашей, по страстям нашим, по недостаткам нашим. Пусть простит нас Христос, пусть даст нам покаяние, пусть просветит нас и пусть освятит душу нашу, поскольку Он Милосерд и имеет большую любовь, особенно ко мне, кто не творит волю Божию, потому мы не можем сдвинуться с места и не имеем того преуспеяния, которое должны были иметь. Поэтому помолимся Христу нашему, пусть простит нас, если мы перед Ним согрешили ведомо или неведомо, делом или непослушанием, чем бы мы не согрешили перед Ним, пусть простит нас и даст нам Свою милость в грядущем году и поможет нам жить в добре, а мы будем стараться делать все по воле Господа, Который призывает нас, чтобы мы вкусили вечные Его блага.

Я вам желаю многих лет жизни. Всем, кто не монашествующие, желаю стать хорошими монахинями и принять великий и ангельский образ, чтобы жить в большой любви и в вере в Бога, подвизаться в духовном делании. А все те, кто уже монашествующие, пусть ценят свое монашеское призвание и соблюдают данные Богу обеты, так как много спросит у нас наш Христос. Пусть всем нам помогает благодать Божия, и молитвами старца нашего откроется путь к нашему спасению, и будем жить, благодаря Бога.

Я желаю вам многих благословенных лет!

[1] Ефрем Сирин, труды, том 1-й, «Сад Богородицы», Салоники, 1988, Слова аскетические, с. 177.

[2] 1-е Кор. 13:7.

Перевод с новогреческого: редакция интернет-издания “Пемптусия”.